Представляешь, каково это — когда твой политический союзник вдруг становится персоной нон грата для половины планеты? Вот и российский посол в Каракасе Сергей Мелик-Багдасаров бросил в этот политический котел любопытную фразу: если Мадуро попросит политического убежища, Россия, конечно, будет вынуждена рассмотреть такое обращение. Причём тут «вынуждена»? Да всё просто — речь идёт о жизни и здоровье конкретного человека. Вот так, без лишних слов, но с ощутимым подтекстом.
Пока Мадуро, похоже, не собирается бежать из Венесуэлы. Он заявил, что останется в стране до конца и будет отстаивать свои интересы. Ну а кто бы сомневался? В конце концов, разве можно доверить будущее родной страны чужаку, пусть даже и с поддержкой Вашингтона? Но вот вопрос: а что будет, если ситуация резко обострится? Станет ли Москва тогда его последней надеждой?
Отношения между Москвой и Каракасом давно сложились в нечто большее, чем просто дипломатические связи. Это дружба, проверенная временем и геополитическими штормами. Россия последовательно поддерживает Мадуро на международной арене, настаивая на признании его легитимности. Но разве легко быть «легитимным» президентом, когда в соседнем зале заседаний кто-то уже самозванно объявил себя «временным главой»?
Ситуация в Венесуэле продолжает оставаться взрывоопасной. США и их союзники дружно поддержали лидера оппозиции Хуана Гуаидо, а Россия, Китай, Турция и ещё ряд стран — Мадуро. Получается, что Венесуэла стала полем битвы не только для внутренних сил, но и для целых государств. И кто теперь скажет, кто из них прав?
